УКРАИНА, 25 окт. — SV Development. Для спасения ликвидированных банков нужно было вливать капитал за счет их хозяев, но, вероятно, возможности «давить» на собственников банка у Национального банка Украины были крайне ограничены.

Об этом в комментарии корреспонденту ГолосUA сообщил исполнительный директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко.

«Качество банковского портфеля в Украине резко ухудшилось, начиная с 2007-2008 годов, когда в стране резко стало расти кредитование, в среднем увеличиваясь на 70% в год», — отмечает эксперт.

По его словам, это был колоссальный рост, который означал, что ухудшился надзор за банковским сектором, а банки вели крайне рисковую политику. На фоне такого колоссального роста кредитования банки давали возможность брать кредиты в иностранной валюте для заемщиков, которые имели свои доходы в гривнах.

«В момент финансового кризиса 2008-2009 годов качество банковского портфеля было резко ухудшено. На середину 2009 года, по оценке Fitch Ratings, количество плохих активов в украинском банковском секторе превышало отметку в 40%. Это колоссальная цифра, по всем определениям, это очень много. 

 серьезными вливаниями капитала в банки. Однако тогда по многим причинам банковский сектор Украины смог как-то «выкарабкаться», проблема была временно отсрочена. Банковский сектор в тот кризис все-таки не взорвался, хотя такая вероятность была. Проблема была отсрочена.

Она могла тянуться длительный период времени, но ее все равно надо было решать — опять-таки путем рекапитализации банков, реструктуризации кредитов, которые были взяты населением, в том числе и в валюте», — поясняет О. Устенко.

Эксперт отметил, что в тот момент времени проблемы банковского сектора решены небыли, и ситуация тянулась до тех пор, пока не началась новая девальвация гривны.

По его словам, новая девальвация гривны началась в конце 2013 – начале 2014 года, и потом шла по нарастающей до тех пор, пока гривна не потеряла 2/3 своей стоимости — от отметки 8 к 25 гривнам. «Конечно, это не могло пройти бесследно. Сама по себе девальвация должна была продолжать ухудшение качества банковского портфеля, что и произошло», — подчеркнул О. Устенко.

«Мы оказались в ситуации, когда банковский сектор имел на руках огромное количество плохих активов, но мог еще попытаться себя спасти», — отметил эксперт.

По мнению О. Устенко, каждый отдельно взятый банк мог себя спасти, если бы он вливал дополнительные капиталы. Но этого не произошло, потому что владельцы банков не считали такие меры необходимыми, а также у них не было средств для того, чтобы вливать эти деньги в банковский сектор. «Частично использовалась альтернатива вливания денег со стороны государства, хотя это была неправильная альтернатива: выходило, что все налогоплательщики Украины платят за ту замечательную жизнь, которую вел украинский банковский сектор, начиная с 2005 года, с того момента, когда серьезно росло кредитование», — сообщил он.

Эксперт считает, что Украина оказалась в ситуации, когда банки начали серьезно «сыпаться». Те банки, у которых были плохие активы, и не было возможности сделать рекапитализацию, начали активно закрываться. «Фактически, из более 170 банков мы опустились к отметке в 100 банков. Это не прошло бесследно, потому что, когда закрываются банки, подрывается доверие к ним. В тот момент времени было массовое изъятие депозитов из банков. Началось сильное бегство денег, и ситуация только ухудшалась», — пояснил он.

«Наиболее правильной политикой НБУ, на мой взгляд, тогда было бы «давление» на владельцев банков. Не надо было регулятору давать собственные деньги на рекапитализацию банков, давать кредиты, а надо было вливать капитал за счет собственников банков. Надо было заставить собственника банка, чтобы он снял свою последнюю рубашку, продал яхту и дорогой автомобиль и поддержал этот банк. Наверное, возможности «давить» на собственников банка у регулятора были крайне ограничены, потому мы оказались в данной ситуации сейчас», — резюмировал О. Устенко.

Источник